bundК началу 20го столетия в России проживало свыше 5 миллионов евреев, говоривших преимущественно на языке идиш, то есть больше половины всего еврейского народа. Вопреки антисемитским мифам, еврейство никогда не было однородным. Богатые торговцы, ростовщики, финансисты составляли только малое меньшинство в нем. Большую часть евреев образовывали малоимущие ремесленники и мелкие или мельчайшие торговцы. Ограничения, налагаемые чертой оседлости (запретом евреям проживать за пределами 26 российских губерний, прежде всего западных), запирали еврейскую бедноту в беспросветном гетто, под властью богатых и имущих.

В Российской империи в начале 20го века имелось около 500 государственных законов, регулирующих жизнь евреев и многие носили антисемитский характер – от процентных норм при приеме в школы, до запрета на различные профессии. В ряде губерний черты оседлости евреям запрещалось заниматься сельским хозяйством и одновременно им был затруднен доступ в крупные города. Бедность еврейской бедноты была еще более беспросветной и унизительной, чем бедность окрестного крестьянства. Сотни тысяч евреев бежали из местечек (штетл) на заработки в города, где нанимались на фабрики – формировался еврейский промышленный пролетариат. Те, кому повезло больше, стремились окончить университеты и приобрести популярные профессии врача или адвоката.

В этих условиях старый порядок внутри еврейской общины, которой управляли религиозные авторитеты и местные богачи, быстро разрушался. Влияние традиционного иудаизма ослабевало: он не давал ответы на вопросы, мучившие евреев. Многие, познакомившись со светским образованием, мечтали теперь о полноценной и полноправной жизни в современном обществе. Либерализм, социализм, анархизм, сионизм – все эти доктрины пустили свои корни среди них. Из религиозной общины евреи превращались в светский народ.

Социал-демократия и Бунд

Слово “федерализм” сегодня сильно испоганено;к примеру, эту вывеску используют движения сторонников присоединения к империи, крайние националисты. Между тем, это слово имело и имеет совершенно иной смысл, подразумевая горизонтальную ассоциацию дружественных организаций, общин, социально-политических движений или народностей. В этом смысле федерализм есть “союз обособленных единств”, если использовать определение Ханны Арендт.

Бунд (Всеобщий еврейский рабочий союз Литвы, Польши и России; Алгемэйнэр Йидишэр Арбэтэр Бунд ин Литэ, Пойлн ун Русланд; создан в 1897 г. ) был автономистким, этническим, но не националистическим движением еврейских работников и интеллигенции. Бунд боролся за равноправие автономию и самоуправление еврейского этноса, но при этом боролся и против капитализма и не видел эту борьбу иначе, чем в общей федерации с другими, нееврейскими рабочими организациями социалистов.

Вот четыре принципа Бунда: социализм, светскость, приверженность языку идиш (на нем говорили евреи Восточной Европы), и дойкайт (приверженность к месту жительства, выраженная в бундистском лозунге – “Там, где мы живём, там наша страна”). Именно Бунд сыграл роль катализатора обсуждения национального вопроса среди русских марксистов.

Бунд – социал-демократы-марксисты, социалисты-государственники европейского образца: их вдохновляли австрийские и немецкие социал-демократы. Поэтому, они выступали за постепенное смягчение капитализма в пользу работников с помощью деятельности парламентских социалистических партий, лоббирующих принятие законов о защите труда, и с помощью экономических стачек. Только, когда капитализм будет достаточно развит, а социалистическое движение охватит своим влиянием большинство работников, появится возможность для социалистической революции.

А пока этого не случилось, нужно развивать парламентаризм и умеренное профсоюзное движение в западных демократиях и добиваться демократической революции против самодержавия в Российской империи (ибо иным путем ликвидировать самодержавную диктатуру невозможно). Когда же авторитарный режим в России будет свергнут, нужно будет делать то же самое, что делают социалисты Германии и Австрии. В этом Бунд мало отличался от прочих социал-демократических российских партий и интересно в нем совсем другое.

Бунд и формирование еврейского народа и культуры (Идишкайт)

Итак, среди евреев стремительно распространяются оппозиционные идеи – демократические и социалистические. Национальное угнетение в данном случае шло нога в ногу с социальным и именно поэтому Бунд, добивавшийся равноправия для евреев и использовавший для агитации язык идиш, сделался во время Первой русской революции (1902-1907 гг) одной из самых массовых оппозиционных партий в России.

Мы не оговорились, именно в России. По мнению историка Олега Будницкого “летом 1904 года Бунд насчитывал около 23 тысяч членов, в 1905–1907 годах – около 34 тысяч”. Для сравнения – на пике своей популярности во время первой русской революции общероссийская партия эсеров насчитывали от 40 до 60 тыс, примерно такова была и численность большевиков и меньшевиков вместе взятых. Русский социал-демократ В.Акимов, наблюдая за деятельностью бундовских организаций в Риге, Гродно, Лодзи и Варшаве своими глазами увидел мощь движения – “сердца в едином социальном организме еврейского пролетариата”. Стачки приносили плоды – удалось поднять зарплату некоторым рабочим-евреям и вселить надежду в сердца остальных. Экономическая борьба еврейских работников, которой руководил Бунд, подстегивала к забастовкам и рабочих-христиан. Фактически, бундовцы выступали в роли авангарда забастовочной борьбы в западных регионах империи.

Впрочем, Бунд занимался не только организацией экономических стачек, но и политической агитацией (в том числе, среди рабочих-неевреев) и защитой от погромов: его активисты формировали отряды еврейской самообороны. Вообще, деятельность этой организации была многообразной.

Ключевые позиции внутри Бунда, его организационного аппарата, занимала “полуинтеллигенция” – выпускники еврейских религиозных школ – ешив, порвавшие с верой отцов и увлекшиеся социалистическими идеями. Без них был бы невозможен рост числа агитационных материалов, брошюр и газет на идиш. Те же люди возглавили в 1865 г. т.н. “Жаргонный комитет”, занимавшийся распространением легальной публицистики, материалов общеобразовательного характера и беллетристики на идиш. Такие известные в те времена еврейские писатели, как И-Л. Перец и Д. Пинский, писавшие на идиш, получили поддержку от еврейских социал-демократов. Политика и литература на идиш шли нога в ногу. Фанатичные бундовские книгоноши проходили пешком сотни километров, распространяя не только социалистические издания, но и сочинения еврейских писателей и поэтов.

Во время революционных событий 1905 г. повстанцы нередко брали под контроль целые города. В этом случае комитеты еврейских партий вынуждены были выполнять не только политические, но и судебные функции – именно к ним обращались теперь участники имущественных споров, желавшие вступить в брак или разводившиеся пары и т.д. Влияние традиционных религиозных авторитетов, само влияние иудаизма слабело: его адепты не могли дать ответы на злободневные вопросы, в то время, как революционеры стремились заново обустроить жизнь общины, экономику, язык, государство, право… XX столетие принесло перемены и Бунд взял на себя задачу организации жизни на еврейской улице в соответствии с духом времени.

“Изумительная жизненность Бунда – писал в 1901 г. социал-демократ П. Розенталь – объясняется… весьма просто, тайна… лежит в том, что задачи нашего движения вытекают из сознанных реальных интересов трудящихся пролетариев, оно охватывает поэтому широкие массы, а не кучки идеологов”. Революционер Владимир Косовских писал в 1902 г., что “по мере того, как еврейское рабочее движение расширялось и становилось массовым, оно неизбежно должно было стать не только интернациональным, но и национальным”.

Национальным, но не националистическим! Хотя некоторые исследователи, включая Френкеля, иногда применяют определение “национализм”, говоря о Бунде или о его национально-ориентированном крыле, сами бундовцы отвергали подобные обвинения. Один из лидеров организации, Марк Либер, говорил на съезде Бунда: “Наша задача – подготовлять еврейский пролетариат к национальной автономии, развивать в нем национальное самосознание. Мы были до сих пор в значительной степени космополиты – мы должны стать национальны. Бояться этого слова нечего. Национальное не есть националистическое… [Национальная агитация] может лишь повысить политическое сознание и нисколько не станет мешать классовому; она так же отнюдь не поведет к обособленности и исключительности.”

Правда, бундовцы выдвигали одно требование, которое можно счесть националистическим. V съезд Бунда (июнь-июль 1903 г.) выдвинул в качестве ультимативного пункта требование признания Бунда “единственным представителем еврейского пролетариата”. Эта абсурдная идея (ведь в других социалистических организациях так же состояло значительное число евреев) была отвергнуто социал-демократами других течений. Но затем требование было снято на VII конференция Бунда (март 1906 г.), которая высказалась за объединение с российскими социал-демократами, с РСДРП. Федерализм в рамках общей борьбы работников всех национальностей, а не националистическое обособление – таким был базовый принцип движения.

Для значительной части еврейских работников борьба за равноправие с неевреями, борьба с погромами и развитие национальной культуры на родном языке были ничуть не менее важны, чем борьба за социализма. Поддержка национального не противоречит более широким целям: отвергая национализм, сепаратизм и сионизм, бундовцы выступали за общую борьбу работников против капитала. В основании этой борьбы был положен принцип федерализма – союз равноправных организаций работников разных народов.

Не отвергали бундовцы и право других социалистов на создание движений и партий со смешанным национальным составом. Они лишь считали, что наряду с ними и в федерации с ними могут и должны существовать отдельные рабочие социалистические организации национальностей. Нам кажется, что этот федералистский принцип объединения разных, но равных движений ради общих целей, вполне может стать универсальным. Он применим не только к национальному, но и, например, к женскому движению.

Крупнейший исследователь социалистических еврейских организаций, израильский историк Йонатан Френкель, пишет об “установившемся в 1905 году превосходстве Бунда в еврейском мире”. Евреи Европы и США собирали деньги для Бунда; благодаря этому партия не знала проблем с изданием журналов и газет в 1905-м. Организация становится наиболее влиятельной еврейской национальной партией – подобное случилось, например, с меньшевиками в Грузии и народнической партией Дашнакцутюн в Армении. Именно с этим обстоятельством связана громадная сила первых, вторых и третьих.

Подведем итоги. Нам кажется, что “изумительная жизненность Бунда” связана, прежде всего с тем, что он был не только социалистической партией, отстаивавшей экономические и гражданские права низов, но и новым центром собирания и формирования еврейского народа, прежде всего трудящегося народа, говорившего на языке идиш, народа ашкеназов. На смену евреям, как религиозной общине, спаянной общей религией (иудаизмом), пришел светский еврейский народ. Подобно тому, как современная украинская народность оформляется сегодня вокруг идеологии и практики Майдана, а курдская вокруг идеологии и практики курдских партизан из КРП, новая еврейская идентичность создавалась благодаря Бунду и вокруг Бунда.

Федерализм

Рассмотрим теперь подробнее национальную программу Бунда. Участники движения были в этом вопросе последователями австрийских марксистов К.Реннера и О.Бауэра и стремились адаптировать австро-марксизм к российским условиям. По их мнению, предоставление народностям равных прав благодаря конституции и решениям парламента не снимает проблему национального угнетения. Нельзя ее снять и путем предоставления автономии или даже государственной независимости отдельным регионам. Дело в том, что и на уровне страны, и даже на региональном уровне сравнительно крупная (в масштабах страны) народность может оказаться в роли национального меньшинства. А это означает, что принятые законы могут быть составлены без учета ее мнений и интересов.

Поэтому региональную автономию необходимо дополнить автономией экстерриториальной, т.е. автономией народов, не ограниченных той или иной территорией. Источником и носителем национальных прав должны стать не территории, а сами народности, объединенные в национальные союзы. Выборные органы этих союзов получат право принимать законодательные решения в рамках конституции, но без непосредственного участия центрального государства. Каждый союз, таким образом, будет проводить собственную политику в области национальной культуры, обеспечивая своих участников образованием, литературой, театрами и прочими учреждениями и услугами на национальном языке.

Бундовцы не были противниками территориальной автономии. По их мнению, демократическое государство нужно организовать на основе двойного принципа: федерации регионов, занятые вопросами устройства общественной жизни на местах, когда это не имеет прямого отношения к интересам национальностей, и федерации народов, имеющих собственные выборные учреждения (со статусом государственных учреждений), занятые устройством национальной жизни. Важный дополнительный момент: всякий человек, по достижению совершеннолетия должен получить право относить себя к той или иной народности. Это дело исключительно его личного свободного выбора. К примеру, если ты не хочешь больше считать себя евреем, а намерен записаться в украинцы или татары, и отправить детей учиться в соответствующие национальные школы, это твое святое право.

Как мы уже писали, бундовцы были социалистами-государственниками, так что нет ничего удивительного в том, что они предполагали реализовать свою программу в рамках государства. Но имелись в России и антиавторитарные социалистические течения, которые использовали тот же самый комплекс идей. Это прежде всего относится к организации, чья численность в 1918 г. приближалась к 200 тысячам человек – Партии Левых Социалистов-Революционеров (интернационалистов), ПЛСР (и). Левые эсеры стояли с осени 1918 г. на платформе вольных советов и трудового самоуправления (мы используем термин “вольные советы”, чтобы отделить левых эсеров от большевиков, т.к. последние извратили принцип советской власти, фальсифиицруя выборы в советы и подменяя эти выборные учреждения властью своих партийных комитетов).

По мысли левоэсеровских идеологов (Б.Камков, М.Спиридонова, О.Чижиков, И.Штейнберг) промышленные предприятия следовало передать в руки самоуправляеющихся ассоциаций работников – синдикатов, потребление следовало организовать через другой коллективный институт – союзы негосударственных потребительских кооперативов. Представители синдикатов и кооперативов будут избраны в особые экономические советы, которые станут планировать развитие экономики. Так будет организована первая ветвь власти – экономическая. Параллельно, представители трудовых коллективов и местных общин выберут своих представителей в политические советы, дело которых заниматься инфраструктурой и обороной страны.

Наконец, по мнению части левых эсеров (М. Шелонин, Я. Браун и др.), требовалось так же избрать еще одну, национальную палату советов: в ней были бы представлены выборные делегаты от каждой национальности; их работа заключалась бы в организации национально-культурных учреждений народов. Таким образом различные ветви самоуправления станут дополнять и, одновременно, ограничивать друг друга (дабы не допустить господства одних интересов над другими). Этот принцип должен стать основным в будущей “Федеративной Самоуправляющейся Республике Советов” (И.Штейнберг). И хотя левые эсеры опирались в этих вопросах на идеи собственных теоретиков, на них, вне всякого сомнения, произвела большое впечатление теория и практика австрийских марксистов и Бунда.

***

Мы не планировали излагать здесь историю Бунда. Наша задача куда скромнее: выявить в этой истории наиболее важные, на наш взгляд, наиболее интересные и актуальные вещи. Вещи, без которых познание прошлого и настоящего невозможно.

Литература

1. Йонатан Френкель. Пророчество и Политика. Социализм, Национализм и Русское Еврейство 1862-1917 гг.

2. Ираида Нам. Национальная Программа Бунда: Коррективы 1917 Года.

3. Программы Политических Партий России. Конец XIX – XX вв.

М. Шрайбман.

VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 0.0/10 (0 votes cast)
VN:F [1.9.22_1171]
Rating: +1 (from 1 vote)