События в Бакуре (Турецкий Курдистан), где турецкое государство организовало волну насилия против курдского населения, способствовали ослаблению внимания к тому, что происходит в Сирийском Курдистане (Рожава). Турецкие власти расстреливают центральные районы городов из тяжелой артиллерии и убивают людей на мирных демонстрациях.

Тем не менее, в Рожаве происходят определенные изменения. Zaher Baher, курдский анархист, бывавший в Рожаве и поддерживающий курдское движение, пишет любопытные вещи.

Лидер курдского движения Абдулла Оджалан сейчас изолирован (раньше общались с ним). В следствие этого во-первых и в следствие событий в Турции и Сирии во-вторых, в Рожаве происходят определенные перемены. По мнению курдского анархиста, они весьма драматичны.

YPG

YPG

Во-первых курдские лидеры, связанные с PKK и близкими к ней организациями, постепенно переносят акцент на идеи “национального единства курдов”. А оно включает и правые курдские партии, бизнесменов и т.д. Во-вторых, что до хозяйственных отношений, то представители Рожавы сейчас говорят о богатых инвесторах, которые поднимут экономику. Повторю, пишет это человек, которых бывал в Курдистане, поддерживал курдов все время и, собственно, даже сейчас продолжает это делать, правда уже “критически”.

… Либертарный коммунализм, идеи которого развивал американский социальный исследователь и анархист Мюррей Бухчин и идеи которого во многом заимствовал курдский лидер Абдулла Оджалан, есть одна из самых умеренных реформистских версий анархизма. Бухчин не разрабатывал тему классовой борьбы в своих работах о коммунализме. Правда, он критиковал наемный труд, разделение людей в процессе труда на управляемых и управляющих. Но он полагал, что в современную эпоху классовая борьба утратила значение.

На смену классовой борьбе должна прийти борьба местной общины, территориальной самоуправляющейся коммуны. Люди (преимущественно небогатые местные жители, наемные работники, самозанятые, домохозяйки, студенты и т.д.) будут отстаивать свои права в борьбе с государством и крупными компаниями, в борьбе против загрязнения окружающей среды, в борьбе экологической (за чистую землю и воздух), в борьбе с несправедливыми налогами, точечной застройкой и т.д.

В процессе этой борьбы жители станут создавать кооперативы – коллективные экологически чистые производства, ориентированные на местные нужды. Так же они создадут альтернативные школы, центры обучения, обмена информацией и т.д. (это не пустые мечты, таков был реальный опыт некоторых массовых общественных движений в Германии и других странах Запада в 1960-1980 гг, например, огромного зеленого движения против строительства АЭС). В конце концов, труд станет служить интересам местной общины, ее собраниям. Производство будет переориентировано на местные потребности и подчинено целиком коммунальным собраниям. Для реализации более крупных проектов потребуется конфедерация общин, демократический конфедерализм.

Мюррей Бухчин, однако, не отвечает на вопрос, каким образом наемный труд вдруг исчезнет и с какой стати владельцы местных предприятий станут их передавать самоуправляющейся общине. Что помешает им, например, использовать свои деньги для того, чтобы покупать голоса хотя бы части ее населения? Кстати, именно так и происходило во многих древних автономных общинах, от средневековых городов, до русской сельской общины 19го столетия. Неясно и то, куда, собственно, денется централизованное национальное государство и с какой стати оно передаст местной общине свои функции. Бухчин настаивает на использовании местными коммунами прямого действия, радикального метода борьбы, но он так же допускает и приветствует… участие активистов в муниципальных государственных выборах!

Танки курдов

Танки курдов

…Идеи Бухчина оказались заимствованы сторонниками Оджалана, курдским национально-освободительным движением, PKK, в период, когда идеи марксизма-ленинизма, большевизма (на которые прежде опирались Оджалан и PKK) утратили популярность. Почему это случилось?

Во-первых, развал СССР и крах других режимов, где господствовала идея тотально управляемой государством ультра-централизованной экономики (национализация), указали на то, что большевистская марксистско-ленинская модель экономки в современном мире нежизнеспособна.

Во-вторых, курды столкнулись с важной проблемой: никто в мире не был готов (и не готов до сих пор) признать независимое курдское государство. В чем тогда смысл борьбы за национальное государство курдов, если оно станет никем не признанной изолированной страной? В современном мире с его открытой экономикой рыночного типа, это неизбежно ведет к экономическому застою и деградации по образцу ДНР. К тому же, турецкое государство слишком сильное, чтобы можно было одержать над ним победу на поле боя. Но можно попробовать договорится с ним и с миром, сочетая вооруженную борьбу и переговоры. Договориться о компромиссном варианте.

И здесь идеи Бухчина оказались очень кстати.

Бухчин требовал отказа от национального государства и национализации, он требовал замены всего этого конфедераций коммун. Оджалан принял данную идею, но отчасти смягчил ее – конфедерация местных коммун должна сосуществовать с централизованным государством, находить с ним компромисс, забрав у него некоторые функции. Это относится и к Труции и к Сирии. Именно поэтому в Рожаве наряду с местным самоуправлением народных собраний существует государственность, а конституция Рожавы носит либеральный или социал-демократический характер и настаивает на сохранении Сирийского Государства, которое лишь нуждается в федеративном или конфедеративном устройстве. С точки зрения анархистов тут противоречие, но для Оджалана его нет.

Бухчин отвергает прямую борьбу наемных работников против хозяев, классовую борьбу; частный сектор должен каким-то непонятным образом раствориться в общей воле коммунальных собраний. Оджалан идет еще дальше: бизнес, использующий наемный труд, служит народу, если бизнес не носит монополистический характер, впрочем, когда-нибудь со временем он, да, полностью подчинится коммуне и растворится в ней.

Парадокс состоял в том, что идеи Бухчина заимствовало воинственное движение, герилья, десятилетиями выживавшая в сложном регионе, наполненном деспотическими государствами. Поэтому вместо розового ням-ням западных левых, мир увидел вооруженное движение, способное добиваться целей.

Но это – вооруженный реформизм. И постепенно противоречия, заложенные в ядре движения, вышли на поверхность.

Задачи национального противостояния турецкому государству и его сторонникам вышли на первый план, отсюда идея национального единства курдов, не взирая на классовые отношения. Компромиссный характер движения, не связанного с классовой борьбой, допускает это и способствует этому. “Социальная революция в Рожаве” стала превращаться в обычное буржуазное национально-освободительное движение.

Любопытно другое. В отличие от анархо-синдикализма с его идеей революционных профессиональных ассоциаций, либертарный коммунализм оказался более-менее жизнеспособен в современном мире. Если все попытки возродить систему радикальных рабочих ассоциаций оказались тщетными (современные “анархо-синдикалисты” сумели создать лишь маленькие мирные легальные профсоюзы за черно-красной ширмой), то либертарный коммунализм стал системой, охватившей несколько миллионов человек в Курдистане, включая десятки тысяч вооруженных представителей местной милиции (и это не говоря о различных оккупаях в странах Запада). Быть может, животворный потенциал этой идеи не исчерпан? Быть может, либертарный коммунализм имеет шансы на воплощение в менее компромиссных формах, чем это видели Бухчин и Оджалан? Кто знает…

Michael Shraibman

(взято со страницы автора в facebook)

VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 10.0/10 (1 vote cast)
VN:F [1.9.22_1171]
Rating: +1 (from 1 vote)
Либертарный коммунализм и курды. Критика критической критики, 10.0 out of 10 based on 1 rating