planovaya

Иногда, со стороны анархистов и даже ряда марксистов слышны идеи о том, что после победы социальной революции экономика будет максимально децентрализованной и основанной на федерализме. Объясняется это во-первых тем, что централизация обязательно ведет к бюрократизму и авторитаризму, а во-вторых, существующими в данный момент производительными силами, такими как 3д-принтеры, солнечные и ветряные электростанции, и прочие устройства, якобы позволяющих вести почти автономную жизнь одного человека или коммуны. Я попробую продемонстрировать, почему это не актуально, и какие плюсы может нести централизация хозяйства в социалистическом обществе.

Что такое централизация? Если говорить просто, то это организация системы, при которой решения по большинству вопросов принимаются на верхнем для всей системы уровне, объединяющем всю систему. Здесь надо определить, что считать под верхним для всей системы уровнем. В современных государствах и корпорациях это — президент, топ-менеджер или другой высший начальник. Этот человек если и подчиняется кому-то, то явно не народу. Но современные политические системы устроены по принципу «сверху вниз», в то время как социалистическая система будет устроена «снизу вверх». В этом отношении Советы представляют собой форму централизации, когда ключевые решения, составляющие самый верхний уровень, принимаются исходя из решений всех людей. Это тоже в той или иной мере централизованная система. Таким образом, централизм не будет приводить к политическому авторитаризму, если решения будут принимать все, и все их будут исполнять. Подобное говорил и Ленин, критикуя социал-демократов в «Государстве и Революции»:

«Только люди, полные мещанской “суеверной веры” в государство, могут принимать уничтожение буржуазной машины за уничтожение централизма!

Ну, а если пролетариат и беднейшее крестьянство возьмут в руки государственную власть, организуются вполне свободно по коммунам и объединят действие всех коммун в ударах капиталу, в разрушении сопротивления капиталистов, в передаче частной собственности на железные дороги, фабрики, землю и прочее всей нации, всему обществу, разве это не будет централизм? разве это не будет самый последовательный демократический централизм? и притом пролетарский централизм?

Бернштейну просто не может придти в голову, что возможен добровольный централизм, добровольное объединение коммун в нацию, добровольное слияние пролетарских коммун в деле разрушения буржуазного господства и буржуазной государственной машины. Бернштейну, как всякому филистеру, централизм рисуется, как нечто только сверху, только чиновничеством и военщиной могущее быть навязанным и сохраненным.

Маркс нарочно, как бы предвидя возможность извращения его взглядов, подчеркивает, что сознательным подлогом являются обвинения Коммуны в том, будто она хотела уничтожить единство нации, отменить центральную власть. Маркс нарочно употребляет выражение “организовать единство нации”, чтобы противопоставить сознательный, демократический, пролетарский централизм буржуазному, военному, чиновничьему.»

Здесь, однако, встает вопрос, насколько сильной будет централизация или децентрализация. Какие вопросы будут решаться на самом высоком уровне, а какие на локальном? И здесь можно заметить разницу между политикой и экономикой (в той мере, в какой их можно будет рассматривать отдельно). Если брать политику, то здесь будет необходим перенос решений на нижний из заинтересованных уровней (исключение — оборона против интервенции классового врага, пока революция не победит в мире). Решения будут подниматься на более высокий уровень только для того, чтобы прекратить какую-то вопиющую несправедливость. Так, один человек будет сам распоряжаться своими действиями, выполняя лишь необходимый труд на общество. Люди будут объединяться в любые малые группы для совместной жизни и воспитания детей, но при этом у религиозных сектантов, алкоголиков, жестоких родителей (пока такие еще будут) дети отниматься без зазрения совести. Жители города будут сами решать, можно ли ходить по улицам голыми, но им не дадут выселить всех представителей национальных меньшинств. И так далее.

С экономикой обстоит дело несколько иначе. Так как задача экономики будущего — обеспечение максимального возможного количества потребностей всех людей, при минимальных трудо- и ресурсозатратах, то выполнять эту задачу придется в масштабах всего общества, а не локальных коммун и городов. С чем это связанно?

Если раньше, еще 100 лет назад, можно было себе представить чисто локальное производство всего самого необходимого для людей, то сейчас такое невозможно. Современные производительные силы находятся на таком уровне развития, что у нас есть большое разнообразие среди товаров и услуг, большой набор средств производства, большую специализацию среди работников. Предложение замкнуться в основном на локальном производстве противоречит всему этому. Мы можем обеспечивать базовые потребности людей на локальном уровне и сейчас, безусловно. Но если мы хотим добиться того, чтобы люди удовлетворяли свои потребности лучше, чем при капитализме, мы должны будем организовать единую мировую экономику, а не сеть локальных.

В одном городе (особенно если он будет не громадным мегаполисом, а насчитывать тысяч 100-200 человек) не удастся производить все, что сейчас необходимо человеку для жизни на современном уровне. Одних продуктов питания сейчас в десятки раз больше, чем 100 лет назад. Тогда большинство крестьян довольствовались выращенным у себя на участке (а рабочие — тем же набором, купленным на рынке), а практически все, что привозилось из-за рубежа было роскошью, доступной только высшим классам. Сейчас большая часть продукции импортная и покупается людьми в крупных магазинах, и в принципе не может быть выращена в любой точке планеты. Попробуйте выращивать бананы на крайнем севере! Еще в большей мере это касается промышленных товаров. Конечно, производство, в отличие от сельского хозяйства может быть перенесено в любую точку планеты. Но все производство нельзя перенести в одно и тоже место, причем в каждый более-менее крупный город. Крупные автоматизированные заводы, раскиданные по всей земле, будут обеспечивать потребности не одного небольшого города, а миллионов людей. Тем более возникает необходимость концентрации ресурсов для передовых научных исследований, особенно таких как космические технологии или проекты мирной термоядерной энергии.

Разумеется, встает вопрос, а как же 3D-принтеры? Они позволяют (или точнее позволят, т. к. это довольно сырая технология пока) производить предмет любой формы и практически из небольшого набора базовых материалов. Но здесь тоже не все гладко. Такие материалы, как металлы или пластик, надо тоже где-то добывать и производить, и все это происходит не автономно. А если мы говорим о производстве таких вещей, как компьютеры или мобильные телефоны, то в них входят более редкие материалы, вроде золота или платины. Электронные шаблоны, по которым будут производится вещи с помощью 3D-принетров, будут выкладываться людьми в интернет. Но, как ни странно, интернет — это тоже довольно централизованная система. Ведь помимо персональных компьютеров и локальных серверов, для функционирования интернета нужны большие центральные сервера и собственно соединения, пронизывающие весь мир. Все это должно поддерживаться на мировом, а не локальном уровне. Но дело не только в редких материалах или в интернете. Надо учесть и труд по подготовке 3D-принтера к печати, износ оборудования, утилизацию сломанных вещей. И здесь, если идет речь о массовом производстве, гораздо выгоднее для общества производство на крупных автоматизированных заводах, чем локально на 3D-принтерах. Здесь то же самое, что с обычными принтерами и типографией. Печатать в типографии журнал оказывается дешевле, чем на принтерах дома, даже с учетом того, что мы платим не только за труд рабочих, но и оплачиваем всю прибыль капиталистов. Массовое производство в большинстве случаев эффективнее локального, и изобретение 3D-принтеров вряд ли что-то изменит. Локальная 3D-печать может обеспечить гораздо больше разнообразие уникальных продуктов, она будет использоваться инженерами при прототипировании, но те продукты, которые надо будет производить в большом количестве, будет эффективнее «печатать» на больших автоматизированных заводах.

Вторая причина, по которой будет необходимой централизация экономики — это значительная профессиональная специализация. Производство в современном обществе обеспечивается во многом прежде всего низкоквалифицированной рабочей силой, но при этом миллионы людей, без которых ничего не будет работать, являются высококвалифицированными специалистами, зачастую очень редкими. Это например ученые, инженеры, программисты, врачи, преподаватели. Если автоматизация устранит весь ручной примитивный труд (что в свою очередь конечно произойдет не одномоментно), то роль квалифицированного труда только возрастет. А в такой деятельности вообще говоря нет предела совершенству. То есть может часто возникать такая ситуация, когда деятельность одного специалиста может понадобиться на другом конце Земли. Например, это будет врач, который имеет опыт лечения какой-то редкой болезни. Все это невозможно будет обеспечить без единой экономической системы, охватывающей всю планету.

Теперь остается описать, как такую систему можно построить без бюрократии. Современные информационные технологии позволяют практически полностью устранить бюрократию из процесса принятия многих решений. Это не значит, что люди будут голосовать по каждому малейшему поводу на общих собраниях. Такая идея в условиях существования 6-7 миллиардов людей на планете представляется мне абсурдной. Люди будут принимать ключевые решения путем общего голосования и назначать (при надобности и сменять) ответственных за исполнение этих решений. Избранные ответственные будут единолично (или небольшой группой) принимать решения в рамках делегированных им полномочий. Но во многих случаях решения управленческого характера будут приниматься автоматически (конечно, если произойдет какой-то сбой или явное противоречие с целями удовлетворения потребностей людей, то будет временный переход к «ручному» управлению).

 

Time-To-Plan-43334488

Описать вкратце такую автоматизированную систему можно уже сейчас. В основе будет лежать единая информационная база данных огромного размера. Данные в системе будут условно разбиты на две части. Первое — это то, что нужно обществу. Второе — имеющиеся у общества ресурсы (материальные и трудовые).

Начнем с общественных потребностей. Здесь, я полагаю, необходимо будет условно разделить на две части. То производство, которое обеспечивает уже существующие условия жизни — так сказать, воспроизводство. И какие-то новые проекты, предполагающие улучшение условий жизни людей. Приоритет будет предоставлен первым, а на развитие будут направлены свободные ресурсы. А вот вопрос, какую часть ресурсов пустить на улучшение условий для завтрашнего дня, а какую предоставить людям для отдыха, будут решать уже общие собрания людей. Мы не будем повторять опыт красных капиталистов, обещавших «десять лет упорного труда и тысячу лет счастья», которое никогда не наступит.

Потребности «сегодняшнего дня» преимущественно индивидуальны. Их не может навязать отдельному человеку общество. Поэтому считать, как это делают некоторые, будто общие собрания будут распределять всё до малейшей детали вплоть до кусков хлеба и лезвий для бритвы — очень наивно. Базовые вещи люди будут брать со склада в нужном для жизни количестве бесплатно, лишь отмечая сам факт того, что было взято и в каком количестве (это нужно для того, чтобы вместо взятого был произведен новый продукт). На часть вещей по техническим причинам будет наложено ограничение. Пока не могу сказать, как удобнее его будет использовать — будут ли это «трудовые боны» или электронные очереди, или что-то еще. Независимо от этого, вся информация о необходимых продуктах, будет находиться в базе данных и постоянно обновляться. Кроме потребностей в отдельных предметах есть еще более сложные потребности — это может быть и обучение тому или иному навыку, консультации у психолога, лечение болезни, переезд на другое место жительства, и так далее. Все это так же будет обрабатываться компьютерной системой.

Другая часть потребностей общества — это задел на будущее. Здесь уже большую роль играют всевозможные проекты, которые касаются групп людей — от малых, самых локальных, до больших. Так как проектов, идей и предложений, по всей видимости, будет большое количество, то необходимо будет регулировать их приоритет. Сейчас приоритет тех или иных проектов, создаваемых людьми, регулируется либо вкладом сил самих людей, либо вкладом денег. Но в будущем обществе с планированием в натуральных единицах не будет денег, служащих средством обращения, всей современной финансовой системы, отвечающей за регулирование производства. «Трудовые боны», если в таких будет необходимость, будут лишь материальной компенсацией за выполненный общественно-полезный труд, и не будут обмениваться или передаваться другим людям. Вкладывать в развитие проекта свой собственный труд конечно никто не может запретить. Но обычно для многих проектов нужна координация многих людей (иногда тысяч людей) и значительные ресурсы. Кроме того, человек может не обладать навыками, необходимыми для развития проекта, но при этом отчетливо осознавать необходимость его для общества. Поэтому решение задач будет регулироваться через базу данных, которая и будет определять приоритеты. На основании чего? Я думаю, что самый удачный способ — это предоставить каждому человеку определенное число голосов, которые он будет распределять между разными задачами по своему усмотрению. Здесь, конечно, надо будет еще как-то разделять задачи по категориям (по принципу локальности или глобальности, трудо- и ресурсоемкости, сфере жизни), чтобы не возникало ситуаций, как например,что все будет брошено на решение глобальных проектов (т. к. они наберут больше голосов), а локальные, но зато крайне важные для этих людей, будут оставаться без внимания. Но это уже вопрос технический, и его будут решать проектировщики и разработчики при выполнении, а не мы в короткой заметке.

При занесении той или иной задачи в базу данных (Не важно, это задача сегодняшняя или долгосрочная), будут записываться и такие данные, как место локализации задачи, необходимое время решения задачи, и многое другое. При этом программой будет определяться количество ресурсов, необходимых на выполнение этой задачи. Если такие проекты уже были, то данные будут браться исходя из предыдущего опыта и корректироваться исходя из условий. Если задача уникальна и несводима к предыдущим, то ресурсы будут планироваться людьми, которые отвечают за эту задачу. Все эти указанные выше данные будут использоваться при распределении ресурсов между конкретными задачами с учетом данных об имеющихся ресурсах.

Теперь о самих ресурсах. Первое — это средства производства, готовые предметы и ресурсы земли. Здесь в базу данных будут занесены такие вещи, как территориальное нахождение объекта, примерная или точная производительность труда, возможная на объекте, а так же время, в которое планируется использование объекта, кпд использования, а так же такие вещи, как изнашиваемость, побочные эффекты при производстве (выбросы в атмосферу, например). Таким образом, в принципе можно расписать каждый станок по часам, чтобы не возникало пересечений в графике использования. Такие данные помогут сразу понять, каких устройств не хватает, какие надо перевезти ближе к источнику сырья (или наоборот к месту потребления), чтобы не возить товары через весь мир, как это происходит сейчас. Так же какие устройства изношены, экологически вредны или опасны для рабочих и нуждаются в скорейшей замене, какие не используются и можно переоборудовать во что-то другое, и так далее.

Здесь я пишу про возможность включения этой управленческой системы «прямо сейчас», без учета автоматизации производства в будущем. С введением автоматизации все значительно упростится. Мы можем знать производительность автоматизированного предприятия с точностью до детали или целого продукта в минуту, чего нет при использовании человеческого труда (производительность каждого работника своя и сильно зависит от многих факторов в каждый момент времени). Таким образом при замене управляемых человеком станков на станки, управляемые машиной, точность планирования возрастет еще больше.

И наконец, последние данные — это возможности людей. Здесь каждый человек будет указывать свои способности, наиболее желанные и наоборот — наименее желанные виды работ, желательный график, место жительства и возможность поменять это место — грубо говоря, свое резюме. Знания о навыках людей позволят узнать, каких специалистов не хватает, а каких в избытке, соответственно предлагая людям обучаться (дообучаться, переобучаться) по востребованным специальностям. Знания о наименее желательных видах работ подскажут, что надо будет автоматизировать в первую очередь. Кроме отдельных людей, в базу возможностей могут быть внесены и коллективы, если люди в них сработавшиеся и любят работать вместе.

Компьютерная система будет учитывать и потребности и возможности людей во всем обществе. При этом распределение будет направлено таким образом, чтобы предоставить людям наиболее желательные места для работы и при этом обеспечить должным образом материальные потребности всех людей. Вполне возможно, что сначала многие люди будут устроены не на самые желательные места, так как это будет невозможно по техническим причинам. В таком случае менее удачливым людям будут гарантированные материальные компенсации. В некоторых случаях будут вынужденные паузы в деятельности людей, вызванные занятостью всех средств производства, отсутствием актуальных проектов или другими причинами. В это время люди , которые не трудятся не по своей вине, будут получать все необходимое, так же как и другие, а не страдать как безработные в наши дни. Если простои будут носить масштабный и регулярный характер, то это будет говорить о необходимости дальнейшего сокращения необходимого рабочего дня. В систему так же будут включены резервы на случаи незапланированных ситуаций, таких как болезни и пропуски, поломки оборудования, итп.

Обрабатывать все данные, чтобы получить наиболее устраивающий всех вариант — достаточно тяжелая задача. Для этого нужны достаточно хорошо разработанные алгоритмы и большие вычислительные мощности. Но в целом, существующие алгоритмы (1) и мощности позволяют это сделать. Вполне возможно, что какие-то данные будут локализовываться и обрабатываться исключительно на локальном уровне. После этого то, чего не хватает, и то, что в избытке на локальном уровне будет направляться на уровень выше, и так далее. Тем не менее, это не будет федеративной системой, а именно централизованной. Во-первых, так как данные будут храниться в одном хранилище, и только обрабатываться по-частям для облегчения работы программы, во-вторых, так как между разными частями системы не будет происходить обмена, торговли, или чего-то еще, что будет дробить систему на части.

Примерно так (разумеется, это понятное и доступное простому человеку описание, а не строгое техзадание) может быть организованна автоматизированная и централизованная система управления экономикой в социалистическом обществе, без использования как рынка, так и бюрократически-чиновничьего аппарата. При этом общество будет задавать системе цели, а то, как их реализовать наилучшим способом, будет решать компьютерная система.

Сторонники рынка могут уверять, что для подобная система будет негибкой, или что на нее не хватит вычислительных ресурсов. Что касается негибкости, то такая система должна быть более гибкой, чем рыночная система. Внесение и обработка свежих данных в систему происходить достаточно часто, в целом по планете может быть реализовано полное обновление раз в месяц. Локальные данные уровня одного городка могут быть обработаны и в течение часа. В то же время, рынок, состоящий из большого количества компаний, не знающих о том что происходит у конкурентов, не имеющих полной статистики общественных потребностей, может реагировать на ситуацию годами.

Можно рассмотреть на примере следующей ситуации. Допустим, мы получили новую технологию производства велосипедов (или чего-то еще — не важно), которая уменьшает трудозатраты в два раза. Как будет реагировать рынок: сначала новую технологию внедрят несколько компаний, которые и изобрели данную технологию. Процесс внедрения займет не меньше полугода. Затем они начнут производить больше велосипедов. Пройдет какое-то время, и на складе начнет накапливаться нереализованная продукция. Только тогда магазины начнут снижать цены. Пройдет по меньшей мере еще полгода, прежде чем остальные компании, производящие велосипеды поймут что снижение цен не вызвано случайными колебаниями, а вызвано активностью конкурентов. Затем другим компаниям еще надо будет принять решение о внедрении новых технологий, договориться о покупке лицензий, скорректировать планы выпуска. Затем пройдет еще какое-то время, вполне возможно что несколько лет, и те компании, которые оказались самыми последними, закроют свое производство велосипедов и сократят рабочих. Пройдет еще какое-то время, прежде чем рабочие найдут новую работу, получат другую специальность. В итоге все устаканится лишь через несколько лет. С учетом большого количества открытий и усовершенствований, которые происходят в наше время, возможности рынка по установлению равновесия крайне сомнительны.

Совсем по-другому все будет выглядеть в системе динамического планирования. Если мы получили новую технологию, то во-первых отдельным предприятиям не понадобиться заботиться о лицензиях. Далее, мы можем сразу распланировать внедрение этой технологии на всех предприятиях сразу. Сначала заменить наиболее устаревшие станки, затем постепенно внедрять их вместо тех,что износятся потом. Кроме того, мы знаем сразу сколько работников должно быть переведено в другие сферы производства, и сразу начать переквалификацию людей и поиск для них новых мест. Наконец, мы не будем иметь проблем связанных с ложным пониманием ситуации (на рынке каждая компания не знает, с чем связано падение рыночных цен на ее продукцию), постепенным загниванием предприятий (со всеми сопутствующими проблемами вроде невыплаты зарплат, деградацией работников, упадком целых городов и даже деиндустриализацией целых регионов). Для того, чтобы среагировать на какое-то изменение, и начать его использовать, понадобятся не годы, а несколько недель (в худшем случае месяцев), необходимых чтобы произвести соответствующие расчеты и приступить к реализации запланированных изменений.

Что касается вычислительных ресурсов, то очевидно, что мы уже имеем очень хорошие вычислительные ресурсы в крупнейших компаниях. Встает задача лишь объединить данные отдельных компаний в единую систему. На практике, при внедрении этой системы, понадобиться сначала переход крупнейших предприятий, недр и финансовой системы в общественную собственность. Централизация управлением крупнейшими компаниями и финансами — насущная необходимость на первых шагах преобразований. При этом на первом этапе, мы будем использовать то, что нам досталось от рыночно-капиталистической модели. Мелкие и средние предприятия, первоначально будут так же выходить на рынок со своей продукцией. Какой формы они будут — частными, кооперативными, в муниципальной собственности — зависит от многих других обстоятельств. Затем, когда управление крупнейшими предприятиями будет налажено, через централизованную систему закупок, в общую систему будут постепенно встраиваться средние и мелкие предприятия.

Аналогичным образом может происходить и расширение новой экономической системы по миру. Очевидно, что социальная революция не победит в один день в мире, и первоначально на революционных территориях будет установлена протосоциалистическая система, описанная в предыдущем абзаце. Революционная страна будет так или иначе торговать и взаимодействовать с капиталистическими предприятиями других стран. Система управления экономикой будет масштабируемой, и при расширении революции на другие страны, в нее будут включаться предприятия новых стран.

1)С математической точки зрения это может быть основано на модификации алгоритма Гейла-Шепли http://lenta.ru/articles/2012/10/15/nobel/

Гаврошенко

VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 0.0/10 (0 votes cast)
VN:F [1.9.22_1171]
Rating: +1 (from 1 vote)