novovolynsk

Шахтеры Украины требуют своей зарплаты. Киев. 2015

 

Одним из любимых словесных фетишей анархистов является словечко «самоорганизация». В анархистской пропаганде слово «самоорганизация» играет такую же роль, какую для троцкистов старого типа играла «авангардная партия». Что делать? Самоорганизовываться – говорят анархисты. Нет, – строить авангардную партию пролетариата, – возражают троцкисты. И все это – на иррациональном уровне, не разбирая, к месту или не к месту данный призыв. Призывом к самоорганизации, как правило, ограничиваются, тогда как им нужно начинать.

Самоорганизация (как, впрочем, и «авангардная партия») – это не самоцель, а средство для проведения прогрессивных социальных преобразований. Как правильно заметил Троцкий, человек – очень ленивое животное, и большая часть людей (кроме тех, у кого шило в одном месте и из кого вербуются кадры всевозможных активистов) занимается самоорганизацией не потому, что им это интересно и прикольно, а потому, что не существует другого пути решения их проблем. Когда можно прожить без самоорганизации, 9/10 человечества предпочитает заниматься своими делами, а не бегать на общие собрания и не участвовать в «радикальных акциях» ради спасения лесопосадок.

Поэтому призыв к «самоорганизации» совершенно недостаточен. Нужно призывать не самоорганизовываться ради самоорганизации, а самоорганизовываться ради решения конкретных проблем. Иначе, если анархистскую пропаганду, паче чаяния, услышат народные массы, то анархисты могут услышать от них вопрос: «Ну че, мужики! Мы тут самоорганизовались. Дальше-то что?».

Вспоминается реальная история. В начале 2000-х годов работники одного совхоза под Москвой захватили свой совхоз – начальство довело, и пытались решить кучу проблем, связанных с управлением этим предприятием в, мягко говоря, враждебной среде. Поскольку с рабочими протестами в Москве в то время было негусто, в совхоз массово приезжали всякие разные леваки – как «авторитарии», так и «либертарии». Захваченный совхоз управлялся общим собранием работников, которые относились к приезжавшим левакам дружелюбно – им, работникам, любая помощь не помешала бы.

И вот проходит общее собрание. Дела херовые. Экономическая блокада. Суды не в нашу пользу. Менты вот-вот нападут. Всему кранты скоро. Что делать? Как решать многое множество реальных проблем, неизбежно возникших у работников, в силу стечения обстоятельств оказавшихся вынужденными пойти на захват предприятия? Сидят, ломают голову.

И вот встает один московский либертарий – на самом деле, мужик взрослый и неглупый. Все к нему обернулись – может, он что дельное скажет. А он и говорит: «Вы должны сами все решать! Только рабочее самоуправление – единственное решение! Только власть общих собраний, не подконтрольных партиям, профсоюзам и продажным политиканам, только самоорганизация трудящихся на рабочем месте, только классовая борьба, только всеобщее общественное самоуправление, только переход предприятий в руки рабочих!».

И услышал замечательный ответ: «Мужик, ты хуйню порешь. Да мы сейчас и так решаем общим собранием – ты че, не видишь. Ты нам по делу что скажи – что нам решить-то – с владельцем бывшим, с рынком, с ментами».

На этом история и кончилась. Сказать ему по делу было нечего. Ведь для того, чтобы дать совет по делу, требовалось знание конкретной ситуации и умение решать конкретные проблемы, а не владение либертарным жаргоном.

Проблемы современного человечества в конечном счете вызваны тем, что все богатство мира произведено трудом рук и мозга всего человечества, а распоряжается всем произведенным богатством мира небольшая группа хозяев власти и капитала.

Решение проблемы состоит в том, чтобы экспроприировать эту группу, передать власть и собственность трудовому народу. Это конечная цель, которой должны быть подчинены все действия сторонников бесклассового общества.

Вся суть "бизнеса" при капитализме.

Вся суть “бизнеса” при капитализме.

Чтобы отобрать власть и собственность у правящего класса, пресловутая самоорганизация на низовом уровне совершенно недостаточна. Самоорганизации жителей двора, может быть, и достаточно, чтобы построить во дворе детскую площадку – это при том условии, что в обществе продолжает стабильно производиться металл и продолжают воспроизводиться квалифицированные работники, умеющие с этим металлом работать. Но чтобы решить проблему работников Южмаша,  самоорганизация на местном уровне совершенно недостаточна. Требуются прогрессивные общественные изменения в масштабах по меньшей мере страны. Нужна плановая экономика, нужны централизованные заказы и централизованное снабжение. Все остальное – смешной разговор людей, ни дня не работавших на крупных заводах. Чтобы решить главные общественные проблемы, нужна самоорганизация трудового народа в масштабах всего общества. Самоорганизация на местном уровне имеет смысл лишь как шаг к такой самоорганизации.

Если вас не устраивает власть, установите свою собственную. Если вас не устраивает коррумпированное, продажное, способное только воровать и паразитировать государство, создайте Республику Труда – с выборностью и сменяемостью должностных лиц снизу доверху, с заработной платой им не выше чем средний уровень в стране, со всеобщим вооружением народа и с другими прогрессивными мерами. Но вопрос о государстве вам обойти не удастся. Коренные, главные проблемы общества могут быть решены лишь в масштабах всего общества, а не самоорганизацией жильцов ради уборки территории.

В свое время, в 1936 году испанские анархисты решили, что не нужно брать власть в масштабах всей страны. Достаточно просто забыть о государстве, игнорировать его, и заниматься на местном уровне, в селах и городках прогрессивными преобразованиями в экономике, коммунальном хозяйстве и педагогике.

Мнение рабочих. Киев. 2015

Мнение рабочих. Киев. 2015

Они забыли о государстве. Но государство о них не забыло. Почти исчезнувшее в июле 1936 года буржуазное государство сумело за несколько месяцев восстановить свои силы, укрепиться – и задавило в итоге все анархистские эксперименты на местном уровне.

Эту ошибку повторили год назад украинские майдановцы. Старое украинское государство не умеет воевать, проигрывает войну. Поэтому, вместо того, чтобы брать власть в обществе, мы будем игнорировать государство, воевать своими силами и средствами, создавать добровольческие батальоны, независимо от государства собирать деньги и т.п.

В итоге они отказались от установления собственного контроля над ресурсами, которыми обладает государство, и государство стало считать их своим собственным ресурсом. Усилиями добровольной самоорганизации и народными пожертвованиями невозможно выиграть войну с серьезным врагом. Чтобы ее выиграть, нужны ресурсы всей страны, нужна мобилизация экономики на военный лад, создание собственной военной промышленности и новой революционной армии. Нужна, наконец, уверенность основной массы народа, что ему есть за что воевать, что он воюет не за  патриотические абстракции, а за свои собственные конкретные интересы, воюет не просто за Украину, а воюет за Украину, в которой он является полновластным хозяином или, по крайней мере, не всеми презираемым батраком. А все это возможно лишь при радикальном изменении ситуации в масштабах всего общества.

Год назад социально-революционные активисты, участвовавшие в Майдане, ограничивались противопоставлением хорошего народа и плохого государства и призывами к абстрактной самоорганизации. Сейчас этого недостаточно. Классовая борьба, хоть медленно, но развивается (Южмаш, Нововолынск). Народ, как и всегда бывает во время буржуазных революций, раскалывается на классы с разными и нередко противоположными интересами. Либеральная буржуазия хочет затормозить революцию, оставить все как было. Трудящиеся классы могут получить значительное и прочное улучшение своего положения лишь в случае, если революция продолжится.

Поэтому теперь ограничиваться словами о самоорганизации и противопоставлением народа и государства недостаточно. Нужно нападать на крупный капитал, требовать его экспроприации. Настало время говорить уже не о «народе» вообще, а по меньшей мере о трудовом народе.

Денег, награбленных первой сотней олигархов в Украине, хватило бы на построение современной экономики, с бесплатным образованием и медициной.

Денег, награбленных первой сотней олигархов в Украине, хватило бы на построение современной экономики, с бесплатным образованием и медициной для всех.

Делать это нужно умеючи. Война – идеальный повод для зажима капитала. Вы патриоты, господа капиталисты? Так поделитесь с народом прибылью, отдайте ее на нужды военной промышленности. Не хотите делиться? Не обессудьте – заставим. Обложим налогами. Будете уклоняться от налогов – вот бог, а вот порог. Чемодан – Борисполь.

В условиях войны и экономического разорения либерализм и неолиберализм могут вести лишь к тотальной катастрофе. В осажденной крепости не бывает рынка. На Юго-Востоке Украины много военных заводов, до войны они в немалой степени работали на русскую военную промышленность, сейчас можно было бы перевести их работать на Украину. Это даст рабочие места, это поможет выиграть войну.

Почему это не делается? Если власть не способна сделать это, тогда либо катастрофа, либо реорганизация власти.

Скромные и умеренные требования, которые, однако же, подрывают господство правящего класса.

Надо призывать людей к самоорганизации, надо. Нынешний правящий класс Украину из тупика не выведет, сделают это лишь трудящиеся люди. Однако призыв к самоорганизации совершенно недостаточен. Нужно говорить людям, что им придется делать, когда они самоорганизуются, какие меры в экономике и политике нужно будет проводить, чтобы оттащить страну от края пропасти и создать лучшее общество.

Немалая часть леваков боится народа, и считает, что народ автоматически поддерживает правых. На самом деле это проблема леваков, а не народа. Трудящиеся люди хотят немногого: достатка, справедливости и свободы. Победит та общественная сила, которая сможет убедить их в том, что все это будет реализуемо именно при предлагаемом этой общественной силой устройстве. Все остальные силы для истории окажутся неинтересны.

М. Инсаров

VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 7.3/10 (7 votes cast)
VN:F [1.9.22_1171]
Rating: +2 (from 8 votes)
Самоорганизация - самоцель или средство?, 7.3 out of 10 based on 7 ratings