warandpeace

Давно известно, что именно контрреволюция толкает вперед революцию. После того, как осуществлен первый этап революции и свергнут опостылевший всем старый режим, многим начинает казаться, что революция уже закончена и можно почивать на лаврах. Тем более к этой мысли склоняется группировка либеральной буржуазии, поднятая к власти первым валом революционного процесса. Тирания свергнута, банда, подминавшая весь бизнес под себя и не дававшая развиваться капиталу конкурентов, лишена власти, теперь можно спокойно богатеть и жить обычной жизнью. Правда перед этим нужно еще разоружить чересчур много возомнивший о себе народ и загнать его обратно в стойло, но за этим дело не станет. Сам же народ, разочаровавшийся от того, что плоды первой победы достались совершенно не ему, расходится по домам и пребывает некоторое время в мрачном разочаровании…

Но революция не закончена. И о том, чтобы она не закончилась так просто и сразу, заботится реакция.  Успокоение революции ведет к оживлению реакции. Поднимается  реакционная волна, все силы старого мира, пользуясь передышкой, взятой революцией, переходят в наступление и  хотят вернуть прежнее состояние, господство неограниченной беркутовской дубинки. И тогда у революции, у революционного народа остается единственный выбор – либо сдаться, либо принять вызов, вступить в борьбу не на жизнь, а на смерть с наступающей реакционной сворой, разгромить ее и продвинуть революцию дальше.

И революция, настоящая революция делает это. Революцию, если она была движением народных масс, а не верхушечным переворотом, не остановят ни спецназы соседней державы, ни ее собственные временные руководители. Она дойдет до конца, сделает все, что могла и должна была сделать, решит проблемы, вызвавшие ее на свет божий, и закончится, лишь исчерпав себя, положив основы для будущего развития общества на десятилетия вперед и создав кучу новых проблем, решать которые будет уже следующая революция. Революция не заканчивается так просто и быстро. Во всяком случае, ее враги сделают все, чтобы этого не произошло…

Февральская революция в Украине, свергнув режим Януковича, практически сразу столкнулась с иностранной интервенцией. Воспользовавшись кризисом на Украине, русский империализм, решивший, что пришел долгожданный час поживиться соседским добром, захватил Крым. Русский империализм не встретил серьезного сопротивления, потому что в результате первого этапа революции к власти на Украине пришли либералы –те, кто в период противостояния в Киеве в декабре-феврале призывали к поискам компромисса с Януковичем и поливали грязью «провокаторов», понимавших, что компромисс невозможен. Они сдали Крым, не имея мужества ни отдать приказ украинским военным в Крыму стрелять в захватчиков, ни, если это было невозможно, организованно отступить, чтобы  спасти корабли и военную технику.

После референдума 17 марта, когда стало понятно, что Украина потеряла Крым надолго, наступило затишье почти на три недели. Всем было понятно, что миром и согласием дело не кончится, но неясно было, пройдут ли до следующего этапа империалистической агрессии недели или месяцы. Предпримет ли путинский режим попытку забрать Юго-Восток Украины сразу, или, как удав, заглотивший кролика, займется сперва перевариванием Крыма?  Украинская власть, те самые либералы, боящиеся революционного народа больше, чем империалистического агрессора, потратили эти три недели на попытку разоружение революционного народа и на конфликт с «Правым сектором». Еще бы! Ведь они считали, что революция закончилась… Остается мелочь – разоружить народ и загнать его в прежнее стойло, чтобы он покорно терпел продиктованные МВФ «непопулярные меры» и не имел возможности предъявить счет за пролитую им в феврале кровь.

Но перемирие длилось недолго. Отсутствие сопротивления агрессору подстрекает его к дальнейшим захватам, в том числе даже и к тем, которые, возможно, не входили в его первоначальные планы. Если можно взять– почему не взять? К тому же промедление с продолжением банкета могло поставить под вопрос само продолжение банкета. Если бы отсрочка интервенции на Донбассе продлилась несколько месяцев, украинские власти, при всей их нерешительности и безволии, все же пересажали бы лидеров сепаратистов, а основная масса сепаратистов была бы деморализована, решив, что Путин их кинул. В результате этого российский захват  Донбасса и остального Юго-Востока не имел бы даже видимости народной поддержки и стал бы делом исключительно российской армии.

Поэтому 6 апреля перемирие закончилось. Сепаратисты Донбасса и Харькова перешли в наступление, провозгласив – во славу «Беркута»! – «народные республики» . 11 апреля с захватом «зелеными человечками» райотдела милиции в Славянске ситуация обострилась еще больше. Славянск, Красный Лиман, Краматорск, Артемовск, Макеевка, Горловка, Енакиево – во всех этих городах и городках Донбасса силы контрреволюции и иностранной интервенции предприняли удачные или (пока еще) неудачные попытки захвата власти. Угроза войны стала близка, как никогда.

После ряда колебаний и раздумий правительство Украины приняло решение о проведении антитеррористической операции. Операция эта пока что повсеместно терпит крах. Громкие слова об антитеррористической операции и о борьбе с агрессором прикрывают полное поражение на всех фронтах. Большая часть Донецкой области уже захвачена оккупантами. Дальше будет Луганская область. За ней – Харьков и Северное Причерноморье. Агрессор не остановится, пока его не остановят.

Причины поражений, которые терпят украинские силы, понятны. Несмотря на революцию, государство осталось прежним. Поменялось высшее руководство государственного аппарата, сам госаппарат остался. Нынешняя украинская милиция – это прежняя милиция Януковича, только частично ослабленная и разваленная революцией. Люди и структуры остались прежними, – так же, как остались прежними и хозяева этих людей и структур. «Герои» Врадиевки, находящиеся на подхвате у бизнес-элит, не заинтересованы и никогда не будут заинтересованы в защите революции. Они ненавидят ее – ведь она, возникшая как ответ на избиение «Беркутом» безоружных студентов, лишила милицию всевластия, разгромила ее в вооруженной борьбе и хотела поставить ее под контроль народа. Русское полицейское государство для большинства украинских «правоохранителей» ближе и роднее, чем революционный народ. Поэтому в Донбассе большинство милиционеров либо прямо переходит на сторону сепаратистов, либо не оказывает им никакого сопротивления. О харьковской милиции достаточно говорит факт избиения ею бойцов Самообороны и Правого сектора, ехавших в Харьков для помощи местному Майдану против непрерывно нападающих на него «титушек» Антимайдана.  В процессе избиения, милиционеры приговаривали «Это вам за Майдан!»…

Точно так же, как и милиция,  унаследована нынешней Украиной от старого режима и армия. Армия, не умеющая воевать, армия с генералами и офицерами, большинство которых, как доказали события в Крыму, предпочитают сдаться врагу, чем воевать не на жизнь, а на смерть. Армия, разоренная и доведенная до нищеты при режиме Януковича и его предшественниках. Армия, для финансовой поддержки которой в канун войны правительство Турчинова и Яценюка не придумало ничего умнее, как собирать милостыню у народа (где «Отечество в опасности!», где налог на олигархов?).

От прошлого режима революционная Украина унаследовала и нынешнее правительство. Не революционеры, а оппозиционеры, не люди решительной борьбы, а люди парламентского компромисса, не вожди революционного народа, а балласт украинской революции. Люди, являющиеся частью олигархически-клановой системы и привыкшие полагаться не на революционный народ, а на то, что «Запад нам поможет» – вот кто стоит сейчас во главе Украины. Они могли бы быть обыкновенными – не хуже и не лучше других – менеджерами украинского капитализма в его стабильную эпоху, как вожди украинской революции они не на что не годятся.

Спору нет. Среди украинских солдат и офицеров, даже среди генералов и среди сотрудников украинской милиции есть люди, готовые беззаветно и решительно защищать украинскую революцию против агрессора. Эти люди найдут свое место в рядах революционной армии будущего. Но внутри прогнивших структур украинской милиции и армии, в окружении предателей и под командой соглашателей, они не могут победить.

Все великие революции прошлого создавали собственные вооруженные силы, собственную революционную армию, и громили армии старого мира, армии интервентов и контрреволюционеров. Но революционная армия создавалась не на основе старой, унаследованной революцией от прошлого армии. Революционная армия создавалась революционными добровольческими отрядами, которые брали к себе  в качестве военных специалистов  и командиров лучших людей из старой армии. Тем более революционные силы охраны порядка, борьбы с контрреволюцией и преступностью не могут быть созданы на основе старой януковичевской милиции, которая сама по себе (особенно на Донбассе!) является рассадником контрреволюции и преступности.

Чтобы выиграть революционную войну, нужно воевать по-революционному. Как нужно воевать, как можно выиграть войну – показали активисты Майдана в Николаеве, самостоятельно, своими силами разгромившие орды Антимайдана. Их примеру последовали активисты Майдана в Запорожье. В Николаеве и Запорожье наступление «колорадос» после этого остановилось. Прямое действие революционного народа оказалось эффективнее показушных мер правительства.

Старая украинская армия и украинская полиция войну проигрывают. Выиграет войну украинский революционный народ. Революционная партия может победить сейчас в Украине лишь как партия революционной войны, войны до победы. Все социально-революционные активисты, кто чего-то стоит, и кто физически может сделать это, должны вступать в местные отряды самообороны или создавать собственные отряды, должны учиться владеть оружием, должны стараться стать лучшими, самыми подготовленными, смелыми и инициативными бойцами революционной войны. Лишь тогда к их голосу будет прислушиваться революционный народ, лишь тогда их станут уважать.

В эти отряды надо вовлекать, в качестве военных специалистов, людей, имеющих опыт военных действий, умеющих вести партизанскую войну. Именно в такой войне украинский народ сможет победить. У Украины нет опыта успешной бюрократической централизации, победоносной централизованной армии. Зато Украина всегда была сильна опытом восстаний и партизанщины – начиная с казацких войн и кончая революционными движениями 1918-1921гг и УПА. Полуразваленное революцией украинское государство и его армия намного слабее российского, зато  украинское общество и украинский народ намного сильнее. У украинского народа за плечами – опыт Майдана, опыт победоносной революции, свергнувшей олигархическую клику, опыт самообороны, ощипавшей перья «Беркуту». Именно украинское  общество – и прежде всего его трудящиеся слои, а не украинское государство сможет остановить агрессора…

Повторяется сценарий Великой Французской революции. Пришедшие к власти на волне первого этапа революции «фейяны» –  конституционные монархисты, проиграли начавшуюся войну с реакционными феодальными соседями, их политический лидер – генерал Лафайет перебежал на сторону врага. После этого народное восстание смело «фейянов» и монархию, была провозглашена республика, к власти пришли более радикальные буржуазные политики – жирондисты. Но после первых побед снова последовали военные поражения, жирондистский генерал Дюмурье тоже перебежал к врагу. Тогда начался третий, самый радикальный этап революции, жирондисты были свергнуты новым народным восстанием и к власти пришли самые радикальные буржуазные политики той эпохи – якобинцы, поддерживаемые парижской беднотой – санкюлотами.

Ныне покойный лево-социалистический идеолог Б.Ю. Кагарлицкий, продавшийся сейчас Кремлю, успел до свей измены, в 2013 г. издать очень хорошую книжку «Неолиберализм и революция». То, что отношение Кагарлицкого к Майдану оказалось прямо противоположным тому, каким оно должно было бы быть, исходя из этой книжки, не меняет правильности основных идей этой работы. Кагарлицкий предсказывал здесь триумф нового якобинства в революциях современности:

«В чем разница между якобинством и большевизмом?… Социальной базой большевизма был консолидированный индустриальный пролетариат, тогда как якобинство опиралось на неразделенную, хотя и социально неоднородную плебейскую массу, в составе которой были и рабочие, и мелкая буржуазия, и обедневшие лица свободных профессий. Такая же широкая плебейская масса составляет сегодня базу арабских революций… Современный капитализм, размывая традиционный рабочий класс, одновременно ведет к пролетаризации средних слоев, возвращая нас к положению, когда нет возможности опереться на консолидированные и организованные классы, обладающие четким и устойчивым самосознанием. Однако массы новых полупролетариев, наемных работников неиндустриального сектора, обедневшие средние слои и потерявшая свой статус интеллигенция склонны к радикальным антикапиталистическим выступлениям отнюдь не меньше, чем промышленные рабочие, – другой вопрос, что происходить эти выступления будут иначе, и требования будут артикулироваться не обязательно на языке «классической» левой…
Надвигающаяся российская революция будет по своей идеологической и социальной форме не пролетарской, а плебейско-демократической, но отсюда вовсе не следует, будто она не сможет поставить в повестку дня и реализовать социалистические лозунги»
(Б.Ю. Кагарлицкий. Неолиберализм и революция. СПб, 2013, сс. 165-166).

Якобинцы были крайне левой буржуазной партией той эпохи. Кроме них действовали более левые народные течения и организации парижской бедноты, с гораздо большей искренностью и последовательностью выражавшие чаяния и стремления обездоленных низов общества. В роли аналога этих крайне левых течений ВФР («бешеных» и Клуба кордельеров)  и предстоит в ближайшие годы действовать борцам за безгосударственное и бесклассовое общество в Украине.

Да, откат от социально-революционного сознания, господствовавшего у народных масс 100 лет назад, к сознанию, самое большее, радикального буржуазного демократизма и якобинства, – это огромный шаг назад. Но мы не выбираем мира, в котором живем, единственное, что в наших силах, – немного сдвинуть этот мир в ту сторону, в какую нам хотелось бы. И любое действительное изменение мира в лучшую сторону, пусть не настолько, насколько нам того хотелось бы, действительнее и разумнее всей стерильной праведности.

Революционная партия может победить лишь как партия революционной войны. Отсюда не вытекает отказ от борьбы за наши цели и политика национального согласия. Правительство призывает к отказу от внутренней борьбы и к сплочению нации вокруг себя. При этом оно сдает Донбасс и проигрывает войну. Оно губит Украину. Революция ее спасет. Только углубление революции, переход ее на новый этап создаст силу, которая остановит интервентов и погонит их назад.

Народ не будет воевать за революцию, если она ему ничего не даст, кроме уничтожения остатков социальных гарантий и роста нищеты по приказу МВФ.

Если революция даст народу власть и собственность, если управление производством перейдет трудовым коллективам, а управление территориями – местным громадам, если в ходе революции трудящиеся действительно станут хозяевами в стране и завоюют себе Родину – тогда не найдется силы, которая способна была бы победить их.

Война с сепаратистами и интервентами предполагает сочетание военных и политических мер. Никакой компромисс по вопросу отсоединения Донбасса невозможен. Украинская революция, потеряв Донбасс, показала бы свое бессилие и спровоцировала бы империалистического агрессора на дальнейшие захваты. Сепаратисты и пособники самого реакционного режима в Европе – путинского империализма – должны быть разгромлены.

Но Донбасс – это не только титушки, не только сепаратисты и не только олигархи. Донбасс – это еще и шахтеры и рабочие других профессий. С ними трудовой народ Западной и Центральной Украины может и должен найти общий язык. С ними – а не с олигархами и не с «зелеными человечками». Социальные проблемы, массовая бедность в регионе породили у части населения Донбасса иллюзию, что вхождение в состав Российской империи спасет их. Это – неправда, потому что десятки миллионов жителей русской провинции живут в страшной нищете.

Если украинская революция даст трудящимся Донбасса шахты и заводы, если она гарантирует им право свободно разговаривать на том языке и на тех языках, на каких они хотят, если она даст им возможность самим решать местные дела – им, а не олигархам, тогда вся пропаганда путинских сирен потеряет силу. У сепаратизма будет выбита почва из-под ног. Решительный отпор сепаратизму должен сочетаться с признанием прав и интересов местных территориальных общин. Не унитаризм, сохраняющий власть за центральной бюрократией и олигархами в Киеве, и не федерализм, дающий львиную долю власти олигархам и бюрократии в регионах, а широчайшая децентрализация и самоуправление местных общин, создающих единую Украину снизу вверх – такова наша позиция по общественно-политическому устройству Украины.

Украинское государство проигрывает в войне армий, полиций и спецназов. Украинский народ выиграет революционную войну против армий, полиций и спецназов. Зубы русского империализма обломаются об революционную Украину. Революционный народ уже ощипал и обжарил «Беркута», он сможет ощипать и двуглавого орла. А разгром путинской интервенции против Украины станет началом конца путинского режима. Разгром интервенции против Украины может радикально изменить ситуацию и в самой России. А это радикально изменит всю мировую ситуацию. Страшное и интересное время наступает сейчас.

Актуальны материалы:

Отсидеться не получится

О характере современных революций и перспективах украинской революции

Революционная война и революционный оппортунизм

Мой Бакунин

Якобинская диктатура и коммунистическая революция

О добродетели ненависти

VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 9.0/10 (4 votes cast)
VN:F [1.9.22_1171]
Rating: -2 (from 6 votes)
Революция и война, 9.0 out of 10 based on 4 ratings